Никита Донцов (avianikitoss) wrote,
Никита Донцов
avianikitoss

Category:

Смертельный свет луны. Продолжение-I.

В декабре 1942 Yasuna Kozono принимает командование над Kokutai 251, бывший Tainan Kokutai. Именно в это время Kokutai находился на отдыхе в Японии и планировал возобновить участие в боевых действиях в юго-восточной части Тихого океана. Тогда же Kokutai получил в свое распоряжение несколько экземпляров J1N1-C. Kozono сообщил, что этот разведывательный самолет можно оснастить наклонной пушкой для обстрела вражеских бомбардировщиков. Во время битвы за Rabaul он лично наблюдал, что такое атаки тяжелых вражеских бомбардировщиков – известные японские Zero не получали никакого преимущества перед тяжеловооруженными В-17 и В-24, однако он лично видел, как несколько вражеских машин все-таки были сбиты при помощи фосфорных бомб, сброшенных с разведывательного С5М, тактика применения которого и состояла в том, чтобы бомбить вражеские самолеты, летая выше их.


Nakajima N1J1-S Gekko Modele 11. Kokutai 321, остров Tinian, лето 1944 года

Именно тогда Kozono и пришла в голову мысль о том, что такие бомбардировщики можно сбивать при помощи наклонно установленной пушки, летя при этом ниже и позади строя бомберов. Его идея нашла практическое применение в Японии, и не в последнюю очередь благодаря коллеге и подчиненному Kozono, Kisaku Hamano. Именно он заявил, что J1N1-C является наилучшим аппаратом для монтажа наклонной пушки, его максимальная скорость достаточна для использования в качестве ночного охотника. Кроме того, его достаточно узкий фюзеляж приравнивал его в глазах противника к обычному истребителю. Кровью и потом Kozono удалось переломить негативное отношение моряков и сухопутных командиров к этому самолету, и к концу битвы за Rabaul в его распоряжении были два модифицированных нужным ему образом самолета J1N1.



Модификация заключалась в монтаже внутри фюзеляжа на месте третьего члена экипажа четырех пушек Type 99-2 Модель 3 калибром 20 мм. Конечно же пушки монтировались под наклоном. Две такие пушки стреляли вперед и вверх, а еще две – вперед и вниз. Максимальный угол наклона для всех четырех стволов составлял 30 градусов от горизонтальной линии самолета, а боезапас составлял 100 выстрелов на ствол, хранящийся в специальных сменных магазинах.. Экипаж, таким образом, был сокращен до двух человек. В носу самолета появилось дополнительное остекление. Позволяющее пилоту лучше видеть цели в нижней полусфере. Оборудование кабины и приборная доска так же сильно изменились. В частности появилось два колиматорных прицела – один для верхних пушек, другой для нижних. Все эти изменения были внесены в базовый самолет всего за одну неделю. Летные испытания также прошли очень быстро, и было это на авиабазе Toyohashi, где в это время располагался Kokutai 251. Оба самолета осуществляли дневную и ночную стрельбу, а также испытывались на совместные действия с наземными прожекторами. Условными противниками этих двух аппаратов были захваченный японской армией B-17, а также один A6M “Zero”.


Слева - Единственный сохранившийся Gekko. Аэрокосмический музей США. Вид на кабину пилота.
Справа - Единственный сохранившийся Gekko. Аэрокосмический музей США. Вид на кабину наблюдателя.


Результаты испытаний были признаны удовлетворительными, и два новеньких аппарата взяли курс на Rabaul в сопровождении семи разведывательных J1N1-C. Во время перелета один из двух новых аппаратов совершил вынужденную посадку в Tinian по причине отказа двигателя. Таким образом 10 мая в Rabaul прибыл только один ночной истребитель. Дальше мы увидим, что именно инициатива Kozono принесла ему славу выдающегося человека. Конечно же он не упустил возможность сообщить об этом своему руководству в Токио, которое восприняло это информацию с плохо скрываемым удивлением. Дело в том, что штабы еще не приняли окончательного решения по поводу наклонных пушек, и информация такого рода повлияла на их (штабов) окончательное положительное решение.
Большое количество Gekko, сошедших с нитки конвейера, подверглись переделке по стандарту версии J1N1-S. Параллельно с этим фирма Nakajima получила приказ о продолжении производства самолета именно в версии ночного истребителя. Полностью производство развернулось начиная с сентября 1943 года (до этой даты было произведено 102 машины, а в период с сентября 1943 по август 1944 – 312 машина). Летом 1944 года, начиная с 301 экземпляра, машина в очередной раз подверглась модификации, и с конвейера в Koizumi начали сходить самолеты, подвергшиеся малозаметным, чисто технологическим, изменением. На наименование самолета эта модификация никак не повлияла.


Капотаж Gekko Modele 11 из состава Kokutai 321, октябрь 1943 года, авиабаза Katori
Самолет имеет собственное обозначение «Белый сокол 01». Маленькая единичка повторяется на носу самолета, а «Сокол» (Tobi по-японски) является названием эскадрильи.


Практика использования этой машины показала, что пилоты охотно использовали артиллерийские установки, особенно верхние, очень удачно расположенные. Именно поэтому некоторые самолеты получили по три пушки в верхней установке, что вызвало появление нового индекса J1N1-Sa (Gekko Modele 11 Ko). Третья пушка – Type 99-2 Модель 4, располагалась позади двух основных, и оснащалась боезапасом в 200 снарядов. Производство самолета было остановлено в ноябре 1944 года поставкой 477 аппаратов в различных вариантах.
Также была попытка вооружить самолет пушками калибра 30 мм, но эта модификация в серию не пошла. Также некоторые изменения конструкции производились непосредственно на аэродромах, благодаря чему некоторые Gekko из Kokutai 321, базировавшегося на острове Guam, получили дополнительную 20-мм пушку, размещенную в носу самолета. Захватившие эти машины на островах американцы ошибочно посчитали, что это являлось стандартной модификацией истребителя, и сообщили о таковом истребителе своим воздушным силам.
Также Gekko стал одним из первых японских самолетов. оснащенных радаром. На некоторые машины ставился противокорабельный радар Н-6 (или Type 3 Ku-6), но эта система, использовавшаяся также на Mitsubishi G4M, показала полную непригодность для ночных перехватов, и использовалась только для поиска вражеских судов во время морских патрулей. А вот радар 18 Shi Ku-2, названный позже FD-2, имевший антенны типа Yagi, которые монтировались в носу и по бортам фюзеляжа, получил распространение именно как радар ночных истребителей. Вообще распространение радаров в Японии получило толчок только после захвата британских и американских самолетов, оснащенных подобными приборами. Однако собственные японские разработки продвигались не столь быстро, и японцы продолжали пользоваться захватываемыми новинками противников.
После войсковых испытаний радаров несколько экземпляров были установлены на самолеты Kokutai 302, а также Kokutai 332 и Kokutai 210 в самом начале 1945 года. Применение этих радаров вызвало у японских пилотов шок – цель визуально находилась быстрее, чем появлялась на экране радара. Разочарованные летчики просто снимали со своих самолетов 70 килограммов бесполезного радарного оборудования, и только в мае 1945 года пять Gekko были вновь оборудованы такими радарами для еще одного испытания их работоспособности в бою. По современным данным, вышеописанные радары не помогли японским летчикам сбивать самолеты противника – не известно ни одного случая сбития самолета противника при помощи такого радара.


В июне 1943 началось производство ночного истребителя Gekko, однако параллельно с ним продолжалось производство и разведчика.

БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ

Первая встреча с противником произошла 18 апреля 1942 года, когда пило Satoru Ono осуществлял тренировочный полет в окрестностях Yokohama. В тот день летчик из Tainan Kokutai готовился к длительному перелету на Rabaul, назначенному на 19 апреля. Полет он выполнял на одном из трех имевшихся в наличии J1N1, в процессе полета экипаж отрабатывал также и планируемые на Rabaul миссии по прикрытию истребителей. Примерно в полдень экипаж заметил разрывы зенитных снарядов, и сразу же после этого отметил двухкилевой самолет, идущий на бреющем полете. Понимая, что Ono совершает тренировочный полет, к тому же на невооруженном самолете (боеприпасы не были загружен в самолет), не стоит удивляться тому. Что пилот предпочел вернуться на базу. По имеющимся данным, японский летчик оказался одним из нескольких человек, заметивших пролетающий B-25 Mitchell американца Doolittle, взлетевший с авианосца “Hornet”.
Три J1N1 смогли подняться в небо и взять курс на Соломоновы острова только 20 апреля. Самолеты пилотировали летчики Satoru Ono, Tamotsu Tokunaga и Jiro Takahashi. В Saipan предусматривалась промежуточная остановка. Во время этой первой части пути один из двигателей на самолете Ono отказал, и в Saipan машина приземлилась на одном моторе. Вторым без проблем приземлился Tokunaga, но на самолете Takahashi в момент посадки отказали тормоза, и аппарат буквально протаранил хвостовое оперение второй машины. Таким образом все три самолета оказались поврежденными и не смогли продолжать полет. После ремонта самолеты вернулись в Японию, где прошли незначительную модернизацию, главным образом заключавшуюся в установке дополнительного фотооборудования, предусмотренного будущими разведывательными миссиями этих машин.
Три J1N1-C смогли достичь Rabaul лишь к середине июля 1942 года, причем вначале прибыли два самолета, а затем, с опозданием в пару дней, приземлился и третий. На этот раз полет прошел без происшествий. Пилоты разведчиков, до этого момента летавшие на Mitsubishi C5M “Babes”, начали переучивание на новые самолет немедленно после их получения, а полностью готовый разведывательный Butai был переведен в Lae 20 июля. В этот же день Satoru Ono осуществил первый вылет на разведывательную миссию в район Horn Island, севернее мыса York.


Захваченный американцами на Филиппинах, этот Gekko Modele 11, 53-85 желтый, принадлежал Kokutai 153

Первая потеря J1N1 произошла во время разведывательной миссии 2 августа 1942 года, когда самолет под управлением Tamotsu Tokunaga (члены экипажа – Maradame и Morishita) был сбит тремя американскими Airacobra из 41 Fighter Squadron в небе над Port Moresby. Победу записали на счет 1st Lt Elbert Schinz.
Новая задача появилась у Gekko, когда американцы начали операцию по высадке на Guadalcanal 7 августа 1942 года. Экипажи разведчиков из Rabaul внимательно наблюдали за всеми перемещениями противника в этом стратегически важном уголке островных джунглей, а также в прилегающих районах. 8 августа один из разведчиков J1N1-C, пилотируемый Hiko Ono (экипаж - Hayashi и Kawasaki) был атакован американскими истребителями в небе над Tulagi, севернее Guadalcanal. Японский самолет смог без проблем уйти из под атак, но плохая погода в районе Tulagi не позволила выполнить разведывательное задание. 9 августа проводилась еще одна разведывательная миссия, также над Guadalcanal, и в этот раз японским разведчикам повезло – они смогли обнаружить целое соединение американских кораблей.


Поврежденный самолет на аэродроме Clark Field

13 сентября два Gekko, пилотирумые Hayashi и Ono, взяли курс на Henderson Field, имея задание понять, чьи же войска контролируют эту территорию, и, в случае нахождения там японцев, совершить посадку для установления контактов с ними. Самолеты эскортировались девяткой А6М из Tainan Kokutai, в задачу которых входило прикрытие двухмоторных самолетов. Двум разведчикам удалось вернуться в Rabaul, а экипаж Ono заметил на аэродроме четыре самолета противника, что сняло все вопросы по этой территории.
На следующий день был потерян один J1N1-C из Tainan Kokutai – во время вылета на разведку в район Lunga Point одиннадцать “Reisen”, прикрывавших разведчика, схлестнулись в бою с Wildcat в небе над практически полусотней кораблей. В конечно итоге пятеро пилотов из VF-5 VMF-223 разделили между собой победу над двухмоторным японским самолетом, которого они идентифицировали как Focke-Wulf.
Таким образом, в Rabaul остается всего один J1N1-C, но и он будет потерян 14 октября того же года. Пилотировал самолет Ono, а экипаж выполнял в небе над Guadalcanal задание по оценке ущерба, нанесенного утренним налетом японцев, а также артиллерийским огнем “Kongo” и “Haruna”. В момент фотографирования японский самолет попал под огонь американских истребителей. Несмотря на попытки Ono уклониться от боя, очередь, выпущенная истребителем Wildcat, пилотируемым M/Sgt Joseph Palko из VMF-121, поразила правый двигатель, который сразу вспыхнул. Приняв вспышку за взрыв самолета, американец прекратил атаку, что позволило Ono привести полыхающий самолет на ближайшую японскую территорию, в Buin, Bougainville. Пилоту удалось посадить самолет, который был в последствии направлен обратно в Японию. Кстати, по времени это совпало с переименованием подразделения в Kokutai 251.

На поля сражений J1N1 вернулся только в апреле 1943 года, и новую страницу его использования начал Kokutai 151, летавший на этих машинах над Соломоновыми островами и Новой Гвинеей. Помимо разведчиков D4Y1-C Suisei и Ki-46, подразделение с самого начала имело два или три J1N1-C, однако пилоты предпочитали им другие, обладающие лучшими летными данными на больших высотах, самолеты.
Как мы уже упоминали, Yasuna Kozono во время своего пребывания в 251 Kokutai постоянно доказывал всем необходимость установки в фюзеляж наклонной пушки. Наконец он добился получения двух оборудованных подобным образом самолетов, которые, в сопровождении семи J1N1-C прибыли на Соломоновы острова. К несчастию, один из новых ночных самолетов потерпел аварию, когда пилот Sachio Endo совершил неудачную посадку в Tinian. Таким образом, 10 мая 1943 года в Rabaul прибыли семь разведчиков J1N1-C, один ночной истребитель J1N1 и 59 самолетов “Reisen”.


Слева - Nakajima N1J1-S Gekko Modele 11. Экипаж Hatao/Hamada, Kokutai 202, Manggar, Borneo, январь 1944 года. Это был лучший экипаж в небе Индонезии. 13 января 1944 года обороняя Индонезию экипаж отправил на землю два Liberator, добавив к ним в апреле одну Catalina.
Справа - Nakajima N1J1-S Gekko Modele 11Ko, Kokutai 153, Hikotai 812, Clark Field, Филиппины, зима 1944-1945 годов. Одна из машин, захваченных американцами. Этот самолет отличался тремя пушками верхней наклонной установки.


21 мая в 02.58 утра ночной истребитель вылетел на боевое задание. Пилотом был Shigetoshi Kudo, командиром экипажа Akira Sugawara. Их заданием был поиск В-17, досаждавших гарнизону Rabaul ночными бомбардировками. В 03.20 Kudo замечает B-17, которые как раз начинают ночную бомбардировку, и после семиминутного преследования ночной истребитель вступает в бой и отправляет один из Боингов на свидание с морскими обитателями. Жертвой Kudo стал B-17E (41-9244 из 64 Bomber Squadron, 43 Bomber Group, пилот Major Paul I.Williams). В 04.28 пушками ночного истребителя был сбит еще один Боинг – B-17E (41-9011 из того же подразделения).

Konozo был чрезвычайно горд успехами своего изобретения. Он немедленно отправил депешу своему начальству, и, когда новость достигла Токио, противники идей Kozono испытали настоящий шок. В Rabaul немедленно была направлена депеша, в которой упоминалось имя нового истребителя - Gekko (в переводе с японского – лунный свет), а также сообщение о поставке в кратчайшие сроки комплектов оборудования для переделывания разведчика в ночной истребитель.
Вскоре пришел еще один успех. На заре 10 июня двадцатка B-17 появилась в небе над Rabaul. Их уже встречал истребитель с экипажем Satoru Ono/Kisaku Hamano, и японскому самолету удалось подбить два бомбардировщика американцев, которые, однако, смогли вернутся на свой аэродром, несмотря на значительные повреждения. Тремя днями позднее. Kokutai 251 располагал уже двумя полноценными ночными истребителями, которые и были отправлены на перехват вражеских самолетов. Экипажу Ono/Hamano не удалось встретить противника, но Kudo/Sugawara в 03.14 смогли отправить на землю B-17F (41-24454), который разбился в Ubili, в Новой Британии. 26 июня американцы потеряди еще два новеньких B-17 из состава 65 и 403 Bomber Squadron. Оба самолета стали жертвами ночного истребителя с экипажем Kudo/Ichikawa.
30 июня Kudo получил титул аса ночной истребительной авиации, когда сумел совместно с Akira Sugawara сбить B-17 (41-24534) из 63 Bomber Squadron в небе над ночным Rabaul.


Nakajima N1J1-S Gekko Modele 11, Koku Sentai 51 ночных истребителей, авиабаза Atsugi, весна 1944 года. Этот самолет разбился в июне 1944 года на подлете к своей базе. Изначально самолет принадлежал Kokutai 302.

Martin Ferkl
Перевод Никиты Донцова

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Tags: nakajima, авиация, япония
Subscribe

  • Гости из Нижнего

    Говорят, жара спала? Как-то мы в этом не уверены. А потому предлагаем вам приготовленный еще весной ролик, который должен немного охладить вас в…

  • Пивной июнь. Путеводитель

    Отгремел май, установлен новый рекорд - 83 различных сорта пива за месяц. Казалось бы, после этого июнь должен пройти спокойно, но "это же не наш…

  • Пять Пивотов из Коломны

    Их удалось найти всего пять, хотя Никита лично пробовал штук десять. А сколько их всего - сказать сейчас очень сложно. Изначально этот ролик должен…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments